Итоги 11 сентября 2001 года и вопросы
Кирьяко А.
Только что Америка отметила знаменательное число. Появилось немало заметок, подводящих итоги после дня падения башен. Мне понравилась одна из статей - обозревателя еженедельной афинской газеты «Free Sunday», где они подведены кратко, но честно (см. ее перевод ниже). А в послесловии я ставлю свои вопросы, без особой надежды, что кто-то на них ответит.
---------------------------------------
Газета «Free Sunday»
Мир после 11 сентября
Димитрис Сотиропулос
10/09/2011
Хотя было бы, вероятно, преувеличением утверждать, что после страшных атак 11 сентября 2001 года исламских террористов-смертников аль-Каиды на американской земле, изменились навсегда международные отношения, было бы крайне неверно предполагать, что они не были важнейшим событием для ряда конкретных изменений во внешней политике Вашингтона.
Безразличие радикального ислама
В международных отношениях, все зависит от точки наблюдения, с которой вы смотрите на вещи. Если точкой отсчета являются США 2001 года - не говоря уже о Нью-Йорке, который является деловым центром современного мира и городом-символом передового Запада - шок был бесспорным и неожиданным. Эти атаки на четырех угнанных самолетах обычных коммерческих рейсов были самыми жестокими из когда-либо испытанных современным американским обществом. Действительно, учитывая тот факт, что в театр военных действий двух мировых войн и холодной войны, не был включен материк Америка, это было впервые после Перл-Харбора, что американские граждане в таком количестве потеряли свои жизни в результате атаки иноземных захватчиков, которые насчитывали всего только 19 человек, к тому же на территории самих США.
Хотя впоследствии обнаружился огромный провал в подготовке и действиях и, в определенной степени, наивность спецслужб (ЦРУ и ФБР) единственной сверхдержавы, США считали себя не подверженными иностранной опасности. Непреодолимым оружием террористов-смертников было их безразличие к жизни. Атака, ответственность за которую взял на себя арабский миллионер - авантюрист, бывший моджахед в войне Афганистана против СССР, по имени Усама бен Ладен, может быть, была сделана во имя антиамериканской и антисионистской риторики, но не сопровождалась адекватной идеологической позицией: у него не было четких политических целей, кроме как посеять панику в американских городах и в израильском государстве, и, возможно, завербовать новых террористов в свою сеть. Действительно, эта версия радикального ислама нашла много сторонников не только в странах Ближнего Востока, но и среди многочисленной мусульманской общины Европы, члены которого чувствовали себя гражданами второго сорта в принимающих их странах. Слепые террористические атаки на общественном транспорте в Мадриде (2004) и Лондоне (2005), хотя они были явно эндогенного происхождения, явились производными по методам и идеологии от целей международной сети аль-Каиды.
Неоконсерваторы: Война без политики
Но кошмар восприятия преступления против невинных граждан затем стал причиной ряда преступлений в сфере внешней политики Белого дома, а также сопровождался неоднократными нарушениями прав человека как внутри, так и за пределами раненой сверхдержавы. Рамки этому задала "война с террором" или "империей зла", которую, якобы, воплощали целые страны, классифицируемые как "изгои" (например, Ирак, Иран, Сирия, Северная Корея).
Режим "чрезвычайной ситуации" дал возможность, прежде всего, разведслужбе США и правоохранительным органам, осуществлять чрезвычайные полномочия, ущемляя основные права, в первую очередь, своих граждан. Сотни тысяч невинных американских граждан узнали несколько лет спустя, например, что их телефоны, совершенно без причины, прослушивались. Методы допроса подозреваемых обогатились - после прямого приказа людей, стоящих на вершине правительства США - запрещенными методами, такими, как пытки мнимым утоплением. Ужасный американский лагерь в Гуантанамо, где сотни заключенных, в основном мусульмане, содержались без официально предъявленного обвинения, и пытки заключенных в иракских тюрьмах в Абу-Грейб, будут всегда отталкивающими символами американской неоконсервативной идеологии, с моральными зачинщиками вице-президентом Диком Чейни и министром обороны Дональдом Рамсфелдом.
Понятия здесь, очевидно, не являются идеологически нейтральными. Атаки исламских фундаменталистов были объявлены неоконсерваторами команды Буша, как "война", когда мы знаем, что войны могут объявлять только суверенные государства. Но это идеологическое превышение дало необходимую легитимность президенту Бушу Младшему выйти за рамки кампании против Ирака, которую начал десять лет назад его отец полузавершенной войной в Персидском заливе.
Свержения диктатора Саддама Хусейна и контроль над Ираком остается приоритетом для Госдепартамента США в период после окончания холодной войны, где новый риск для единственной сверхдержавы составили Иран и аятолла. Но с одной принципиальной разницей: теперь Вашингтон готов был открыть кампанию даже введя в заблуждение ООН (предполагаемым обладанием оружием массового уничтожения режимом Саддама Хусейна), даже без одобрения Совета Безопасности, даже идя на ослабление западного лагеря, и даже в обход отказа ближайших союзников в Европе, как Германия и Франция, и продвигаясь только совместно с сильным союзником - Великобританией социал-демократа Блэра. Идеалистический предлог, который регулярно использовался в то время было то, что американо-британской крестовый поход был якобы направлен на демократизацию Ближнего Востока. Но это, очевидно, не отличается от первой попытки, западных колонизаторов обелить свои преступления, сославшись на необходимость христианизации "варваров" - коренных народов.
Но, несмотря на это, США не имели ясного политического плана действий на будущее. Высокомерие сильнейшей военной державы, которая существовала когда-либо, заслонило политические критерии. Как оказалось, несмотря на чрезвычайно легкую военную победу в Афганистане над талибами и в Ираке, американские лидеры были не в состоянии понять природу общества, которое собирались "цивилизовать". В результате, в обеих странах были созданы проамериканские режимы (как режим Карзая в Кабуле), очень коррумпированные, с низкой легитимностью в глазах народа, в то время как с первых же минут возникли против иноземных захватчиков сильные повстанческие организации, чтобы подтвердить пословицу, что «тот, кто посеет ветер, пожнет бурю». Вместо того, чтобы искоренить терроризм, США заработали себе новых противников. Неопределенным, но как кажется, огромным является число невинных людей, погибших в ходе операций в обеих странах и во время американской оккупации. Некоторые из этих, достаточно ненадежных источников, указывают на сотни тысяч.
Новый баланс сил
После ухода американцев из разрушенного Ирака, единственным, кто будет геополитически в выигрыше, это Иран, который тогда может выступать в качестве силы с наибольшим влиянием на Ближнем Востоке. Но эти войны не только усложнили отношения между США и "старой" Европой. Вашингтон увидел ослабление тесных связей с такими странами, как Турция (которая по праву считала риском вторжение Ирака в качестве искры для воспламенения национализма курдов) или Пакистана, который не ответил адекватно на давление Америки сдержать Талибан, контролирующий большие его площади. Кроме того, аргумент войны с террором, который позволяет американцам использовать любой спорный метод для борьбы с ним, вызвал неприятные последствия в случае с Израилем, который, под тем предлогом, что он является военным форпостом Запада в борьбе с исламским терроризмом, много раз подставил самого важного своего союзника своей позицией по отношению к палестинцам.
После охоты в течение 10 лет, в прошедшем мае, разыскиваемый США террорист номер один, Усама бен Ладен, пал мертвым в своей берлоге после спецоперации сил США. Ирония заключается в том, что эта компания была организована во время президентства политика, который в качестве сенатора подверг резкой критике политику неоконсерваторов. Надо сказать, однако, что на посту президента Обама пытался, по крайней мере, на уровне риторики, протянуть руку дружбы к исламу.
Но в любом случае, после экономического кризиса 2008 года, приоритеты США изменились. Существенно униженные двумя войнами, которые им дорого стоили в финансовом отношении и в человеческих жизнях, но и в престиже, Вашингтон больше не может продолжать играть роль мирового шерифа, который борется против "зла". Как показала интервенция НАТО в Ливии, новая американская доктрина заключается в возвращении к принципу многосторонних отношений и нравственно узаконенных мероприятий, которые непосредственно не вмешиваются во внутренние дела стран. Как показали арабские революции, демократия является чем-то коренным, что не импортируется извне.
------------------
Послесловие переводчика
Отмечу, что с точки зрения морали операция в Ливии выглядит никак не лучше операции в Косово или Ираке. В Ливии (как, кстати сказать, и в Косово) началась гражданская война, и никто не имел права вмешиваться в дела суверенного государства. Не было никаких оснований считать, что речь идет об освобождении народа от «кровавого диктатора», поскольку уровень жизни в Ливии был не ниже, чем в Европе, а крови там пролилось намного меньше, чем во многих других странах мира, которые никто не собирается освобождать от диктаторов.
Все прекрасно знают, что там идет вовсе не освободительная, а борьба племенных вождей и различного типа авантюристов за власть и деньги. Под нажимом Франции и Великобритании, имеющих собственные (точнее, личные, президентские) интересы, и с поддержкой США, которые не могут не засунуть свою лапу в любую дыру, сначала началась информационная компания против законного правительства Кадафи. А потом, использовав предлог защиты мирного населения, была принята резолюция ООН об ограниченном контроле за воздушным пространством Ливии. Но НАТО тут же, не обращая ни на кого внимания, произвольно «расширило» понимание этой резолюции и, полностью начало контролировать боевые действия, с использованием вооруженных сил Франции, Англии и других стран НАТО.
Даже в случае «неминуемой» победы «освободителей народа», реального положительного результата не предвидится ни для одной из действующих сторон. Для стран Запада не предвидится никаких положительных, по сравнению с существующим положением, результатов, поскольку уже и от Кадафи они имели всё, что хотели. Для Ливии предвидится много смертей и понижение уровня жизни. Но это предвидится не только для Ливии, но и всех стран, начавших так называемые «арабские революции». Так, для чего же произошли эти революции? Для чего вмешался Запад?
В экономике тоже не видно никакого проблеска. Описывать нет нужды: все знают и видят, что продолжается какой-то, извините, «бардак».
Если взглянуть с птичьего полета на то, что творится на Земле последние 30 лет в силовой и экономической сферах, нетрудно заметить, что идет ломка устоявшего статуса во всех сферах жизни. И это не секрет, не скрытый факт – все это ясно видно даже невооруженным взглядом. Вопрос в другом: зачем и почему она происходит?.
Нетрудно заметить, что вся эта ломка не подчиняется никакой логике. Любой нормальный человек, глядя на эти события, понимает, что, на самом деле, никто ничего из этого не выигрывает. Точнее сказать, заранее понятно, что на любой мелкий выигрыш будет довольно значительная потеря. В лучшем случае, произойдет небольшое перераспределение. Поэтому, самое загадочное в происходящем, почему это продолжается. Помня известную поговорку, все пытаются, но никто не может ответить на вопрос - «кому это выгодно». Ведь не идиоты же те, кто управляет нашим миром. Если это очевидно всем, то им это тем более должно быть понятно.
Поиском ответа на этот вопрос наполнен весь Интернет. Одни ссылаются на то, что человек подчиняется не разуму, а инстинктам. Другие подчеркивают несомненный аргумент: стохастическую борьбу всех со всеми. Третьи предполагают заговоры темных сил. Несомненно, все это остается в силе, поскольку так было всегда. Но когда последствия такого поведения уже невыгодны никому – начиная с верхних этажей власти и кончая бродягами из подворотни, почему это продолжается? Человечество не может справиться со своими инстинктами? Ну, тогда так ему и надо!